Приезжая в столицу России, все туристы почему-то ходят по одним и тем же местам, посещая одни и те же всем известные достопримечательности города. В изъезженный туристический маршрут входят знаменитая Красная площадь, мавзолей Ленина, ГУМ, Тверская улица, Арбат, Третьяковская галерея, Храм Христа Спасителя, Останкинская телебашня и т. п.

Но ведь есть ещё много достопримечательностей Москвы, которые скрыты от глаз, и увидеть их можно, просто свернув с намеченного маршрута в ближайший переулок.

Вот список интересных мест в Москве, которые, может быть, и не являются общеизвестными достопримечательностями, но посмотреть на них стоит!

Музей «Русские валенки»

Этот музей — единственный в своём роде. Он посвящён исконно русской обуви, символу России и русской зимы — валенкам! В стенах музея собрано множество экспонатов, начиная с моделей XIX века до современных. Кроме того, можно познакомиться с орудиями валяния и увидеть своими глазами, как кусок овечьей шерсти в руках мастера превращается в изделие народного промысла — русские валенки.

Адрес музея: 2-й Кожевнический пер., д. 12 (недалеко от м. Павелецкая).

Ломаковский музей старинных автомобилей и мотоциклов

Находится он на Юго-Востоке Москвы, недалеко от станции метро Люблино. Собранная в стенах музея экспозиция транспортных средств поистине уникальна! Тут есть множество старинных автомобилей, мотоциклов, велосипедов и даже автомобильных рулей, приёмников, домкратов и других интересных вещей из нашего прошлого. Многие автомобили некогда принадлежали знаменитым людям, а многие являются уникальными и неповторимыми.

Кроме того, любителям интересностей советую посетить музей под открытым небом «Подводная лодка» в парке Северное Тушино, музей истории коньяка на заводе «КиН» (Ленинградское шоссе), музей уникальных кукол на ул. Покровка или музей криминалистики на Петровке, 38. Зависит от того, чем вы интересуетесь, а музеев в Москве найдётся!

Кремлёвская бензоколонка

Напротив Храма Христа Спасителя на улице Волхонка стоит старая бензоколонка, единственная в пределах Бульварного кольца. Бензин здесь отпускается только для машин кремлёвского гаража.

Мосты любви

В столице есть несколько мостов, где влюблённые пары закрепляют свои замочки — символы вечной любви, а ключи от них кидают в реку. Это Патриарший мост через Москву-реку, мост в Кузьминском парке у Большого пруда и целое Дерево любви, установленное на Третьяковском мосту. Власти города не только не трогают закреплённые замки, но делают всё для того, чтобы перила мостов их выдержали.

Необычные памятники

В Москве существуют свои удивительные памятники. В их числе Памятник первому табурету русской земли в бывшей усадьбе Аршеневских на Таганской улице, Памятник Шерлоку Холмсу и доктору Ватсону, расположенный напротив посольства Великобритании, Памятник Влюблённым в виде огромного сердца, установленный в саду Эрмитаж, Памятник Мальчишу-Кибальчишу на Воробьёвых горах, композиция Дети — жертвы пороков взрослых на Болотной площади и др.

Ищите «свои места» в Москве, и столица вас не разочарует!

В столице сохранилось несколько мест непосредственно связанных с жизнью Прасковьи Шереметевой (Жемчуговой), прекрасной актрисы и женщины удивительной судьбы. Главными из них, несомненно, являются Останкинский дворец, Странноприимный дом, церковь Симеона Столпника на Поварской и дом Шереметева на Воздвиженке.

Останкинский дворец — прекрасный образец русской архитектуры конца XVIII века. Он уже давно превращен в музей, но используется и как сценическая площадка для постановки старинных опер и проведения камерных концертов.
Шереметевский дворец в Останкино. Гравюра XIX века
Фото: Источник

Рядом с Сухаревской площадью на Садовом кольце раскинулся изогнутый подковой величественный дом с колоннадой, поражавший современников своими размерами и красотой. В XIX веке в этом здании размещался Странноприимный дом (Шереметевская больница). Вид с Сухаревой башни на Шереметевскую больницу в конце XIX века
Фото: Источник

Необычна история появления этого здания на Садовой. Его начали строить в 1792 году по заказу Николая Петровича Шереметева как бесплатную богадельню и больницу на сто человек. Проектировал и начинал строительство здания русский архитектор Елизвой Назаров.

Его замысел отличался простотой и практичностью: здание планировалось в два крыла с двумя этажами для размещения больничных палат и комнат богадельни, а в подвальных помещениях предусматривалось размещение обслуживающего персонала и различных служб. Но достраивал здание уже другой архитектор, и стало оно памятником прекрасной женщине с нелегкой и романтичной судьбой, Прасковье Шереметевой, больше известной по сценическому псевдониму как Параша Жемчугова.

Параша родилась в семье шереметевских крепостных. Она была дочерью кузнеца (поэтому и фамилия ее в одних документах — Кузнецова, в других, на малороссийский манер, — Ковалева). В 12 лет у девочки нашли поразительно красивый голос, актерские способности и определили в Шереметевский театр, размещавшийся тогда в Кусково. Так как примадонны театральной труппы получали сценические псевдонимы, происходившие, как правило, от названия драгоценностей, Параша Ковалева вскоре стала Прасковьей Жемчуговой.

В 1779 г. Прасковья дебютировала на сцене крепостного театра. За свою недолгую театральную жизнь она исполнила около 50 оперных партий. Её мастерством восхищались, перед обаянием крепостной актрисы не устояла даже императрица. За роль Элианы в опере «Царица Голкондская Седена» Екатерина II в 1786 году подарила Жемчуговой бриллиантовый перстень. Согласитесь, нечасто крепостные могли удостаиваться такой чести. Прасковья Жемчугова в роли Элианы
Фото: ru.wikipedia.org

В 1795 г. Шереметев перевез свой театр из тихого Кусково в Москву. В Останкино для театра было построено специальное помещение, в оборудовании которого применили все новинки театральной техники. Получить приглашение на спектакль в театр Шереметева было не так-то просто, он пользовался громадной популярностью.

В 1797 г. представление посетил император Павел I, для которого показали «Самнитские браки». Жемчугова, как всегда, блистала на сцене. Её игра вызвала благосклонный отзыв императора, славившегося непредсказуемостью. Возможно, именно «Самнитские браки» стали последним спектаклем, в котором играла Жемчугова.

Прекрасная актриса, отличавшаяся своеобразной красотой, не оставила равнодушным самого графа. Невинная интрижка с крепостной актрисой переросла в глубокое чувство.

Церковь Преподобного Симеона Столпника на Поварской
Фото: Источник

Следующее событие буквально повергло в шок светское общество Москвы и Петербурга: блистательный граф, один из богатейших людей России, женился на бывшей крепостной актрисе. Произошло это неслыханное событие 6 ноября 1801 года. В небольшой церкви Преподобного Симеона Столпника (Введения во храм Пресвятой Богородицы), что на Поварской, состоялась церемония венчания.

Удивительно, но церковь и ныне стоит на старом месте. Как она уцелела при прокладке Нового Арбата, заслуженно названного «вставной челюстью Москвы», просто непонятно.

Молодожены поселились в доме на Воздвиженке, который граф специально купил к свадьбе. Этот дом тоже сохранился. В обновленном виде он стоит на углу Воздвиженки и Романова переулка. Сохранилось и его название: «Дом Шереметевых».

Дом графа Шереметева на Воздвиженке
Фото: Источник

Эта свадьба широко обсуждалась во всех слоях общества, отразилась и в песенном творчестве. Даже в конце XIX века у московских цыган была популярной песня:

У Успенского собора
В большой колокол звонят,
Нашу милую Парашу
Венчать с барином хотят.

Но счастье молодых было недолгим. 3 февраля 1803 г. Прасковья Ивановна родила сына. Роды подорвали здоровье женщины, болевшей чахоткой, и спасти ее врачи не смогли. В ночь на 23 февраля Прасковья Шереметева скончалась. Её похоронили в Петербурге в фамильном склепе Шереметевых. Н. И. Аргунов, «Портрет Николая Петровича Шереметева», 1801−1803 гг.
Фото: ru.wikipedia.org

Николай Петрович тяжело переживал смерть любимой жены, в которой, по его словам, он нашел «разум, искренность, человеколюбие, постоянство, верность». Граф решил увековечить ее имя и посвятить ей Странноприимный дом. Для строящегося заведения был разработан специальный Устав, первый параграф которого гласил: «Оказывать помощь бедным и убогим, не спрашивая роду и племени». Для достройки здания он пригласил архитектора Джакомо Кваренги. Талантливый архитектор превратил скромную больницу в монументальный архитектурный ансамбль, ставший главным украшением Сухаревской площади.

Торжественное открытие Шереметевской больницы, как назвали этот дом в Москве, состоялось в 1810 году. Больница стала признанным местом оказания бесплатной помощи обездоленным. Вот как описывал ее деятельность в 1880 г. «Русский Курьер»:

«Странноприимный дом и больница графа Шереметева, основанная в 1803 году, призревают до 127 человек неизлечимых больных и безвозмездно лечат до 70 человек. Таким образом, в течение года средним числом составляет до 1200 человек, кроме того, из средств учредителя ежегодно выдается 4500 руб. на приданое бедным девицам, также на пособие бедным отпускается до 3000 руб. С 1873 года при больнице открыто бесплатное отделение для приходящих больных, в котором ежегодно получают медицинские советы до 50000 человек и из них 35000 получают бесплатно и лекарства».

Странноприимный дом графа Шереметева, ныне НИИ скорой помощи им. Склифосовского
Фото: Источник

Больница просуществовала до 1919 года, когда в её зданиях была открыта городская станция скорой помощи. Еще через несколько лет здесь разместили Научно-исследовательский институт, которому присвоили имя Николая Васильевича Склифосовского, выдающегося хирурга, основоположника неотложной хирургии в России.

Завещание графа Шереметева продолжает выполняться: оказывается помощь людям, живет память о прекрасной русской женщине с удивительной судьбой.

В Москве, в Большом Строченовском переулке, стиснутый современными зданиями, притаился двухэтажный деревянный дом, в котором в 1912 году поселился Сергей Есенин. Отсюда началось «освоение» им Москвы. Вскоре он сможет назвать себя «московским озорным гулякой» и признаться: «Я люблю этот город вязевый». К сожалению, вязов на московских бульварах с тех дней значительно поубавилось. Теперь все больше клены, тополя да березы.

Читает Илона Грошева

А в этом доме накануне 100-летия поэта открылся Московский государственный музей С. А. Есенина. Но найти этот дом-музей сможет не каждый, для этого надо пройти через проходную современного офисного комплекса, во дворе которого и расположилось восстановленное здание. Никаких указателей, что здесь находится один из музеев Москвы, поблизости нет.

Жизнь в Москве складывалась у Сергея непросто. Первое время он работал в конторе у купца Крылова, в мясном магазине которого служил приказчиком его отец. Но мясная торговля и поэзия — понятия несовместимые, и юноша бросает эту работу.

Начинаются поиски места более близкого ему по духу. Какое-то время он трудился в книжном магазине на Страстной площади, поработал помощником корректора в типографии И. Д. Сытина на Пятницкой, затем служил в типографии Д. Чернышёва и Н. Кобелькова в Банковском переулке (дом 10).

В этот период Есенин, подписавший письмо «сознательных рабочих Замоскворецкого района» депутату Госдумы, оказался под надзором полиции. Для современных исследователей творчества и жизни поэта документы московской охранки — буквально кладезь информации, в них по часам расписаны все встречи и перемещения Есенина (псевдоним «Набор») по первопрестольной.

Стоит отметить, что революционная деятельность была для поэта только юношеским увлечением. Больше его заботили совсем другие проблемы. Первая жена поэта, Анна Изряднова, вспоминала о жизни Сергея в тот период: «Настроение было у него упадочное — он поэт, никто не хочет этого понять, редакции не принимают в печать, отец журит, что занимается не делом, надо работать. Слыл за передового, посещал собрания, распространял нелегальную литературу. На книги набрасывался, все свободное время читал, все свое жалованье тратил на книги, журналы, нисколько не думал, как жить». Мемориальная комната поэта
Фото: ru.wikipedia.org

В январе 1914 года в детском журнале «Мирок» впервые было опубликовано стихотворение Есенина «Береза». Это воодушевило поэта, и он принял непростое решение — бросить работу и посвятить себя только поэзии. В московских газетах и журналах начинают появляться его стихи.

Есенин выкраивает время и для дальнейшего образования, он начинает заниматься на историко-философском отделении Народного университета имени А. Л. Шанявского, который находился на Миусской площади (ныне в этом здании располагается Российский государственный гуманитарный университет). В эти годы Сергей становится членом Суриковского литературно-музыкального кружка.

Московская поэтическая жизнь не удовлетворяет Есенина, в марте 1915 года он уезжает в Петроград, где «бурлят поэтические страсти». В Москву, снова ставшую к тому времени столицей, он вернулся только в 1918 году. Начался новый период его московской жизни. От этого периода сохранились не только здания, в которых он бывал, большое количество публикаций, фотографий, воспоминаний, но и редчайшие кадры кинохроники, запечатлевшие выступление Сергея Есенина 3 ноября 1918 года на открытии памятника Алексею Кольцову на Театральной площади у Китайгородской стены. Есенин читает стихи на открытии памятника А. В. Кольцову, 3 ноября 1918 г. Кадр кинохроники
Фото: Источник

Постоянного места жительства в Москве у Есенина не было, в начале 1919 года он жил в гостинице «Люкс», ныне гостиница «Центральная» (Тверская, 10). Из неё перебрался на Петровку (дом 19). Затем жил по соседству в Богословском переулке, теперь Петровский переулок, 5. На этом доме установлена мемориальная доска. Весной 1919 года Есенин недолго жил в доме 30 по Большому Афанасьевскому переулку у поэта А. Б. Кусикова. Любопытно, что в то время группой поэтов был открыт книжный магазин на Большой Никитской (дом 15). В этом магазине покупатели могли неоднократно видеть Есенина за прилавком. Мемориальная доска на доме № 5 в Петровском переулке
Фото: Источник

Есенин был частым посетителем Дома печати на Никитском бульваре (в наши дни Центральный Дом журналиста). Здесь он участвовал в дискуссиях, выступал на литературных вечерах, общался с коллегами по поэтическому творчеству. Подобных мест в Москве несколько. Это Высший литературно-художественный институт на Поварской, Дом ученых на Пречистенке, Клуб Пролеткульта (Дом дружбы с народами зарубежных стран на Новоарбатском проспекте), Политехнический музей, кафе «Стойло Пегаса» на Тверской, Дом Герцена (Тверской бульвар, 25).

Несомненно, стоит вспомнить и памятник А. С. Пушкину на Тверском бульваре. В день рождения Александра Сергеевича, 6 июня, здесь всегда собиралась масса людей. Если Есенин был в этот день в столице, он всегда приходил к памятнику, возлагал цветы, читал стихи.

В 1921 году в Москву приехала знаменитая танцовщица Айседора Дункан. Осенью у неё начался бурный роман с Есениным, а весной 1922 года, после регистрации брака, Есенин перебрался на Пречистенку (дом 20), где жила Дункан и находилась её балетная студия. В том же году Есенин надолго уехал за границу. Айседора Дункан с Сергеем Есениным
Фото: ru.wikipedia.org

В Москву Есенин вернулся только в августе 1923 г. С последним московским периодом жизни поэта наиболее тесно связаны Брюсов переулок (дом 2/4, строение 4), где поэт жил у Г. А. Бениславской, и Померанцев переулок (дом 3), куда он переехал после женитьбы в июне 1925 года на С. А. Толстой (внучке Льва Толстого). Стоит упомянуть и дом 3 по Камергерскому переулку, куда поэт неоднократно наведывался в 1925 году в гости к В. И. Качалову. Именно в этом доме родились строки «Дай, Джим, на счастье лапу мне…».

Жизнь поэта трагически оборвалась в ленинградской гостинице «Англетер». Но и после смерти Есенин вернулся в Москву. Прощание с поэтом проходило в Доме печати. Похоронили Сергея Есенина на Ваганьковском кладбище. Именно могила поэта на этом кладбище стала местом паломничества его почитателей, которые зачастую забывают, что в Москве так много мест, связанных с его жизнью и творчеством. Памятник С. А. Есенину на Тверском бульваре
Фото: ru.wikipedia.org

Москва хранит память о поэте. Именем Сергея Есенина в столице назван бульвар, здесь, в обрамлении берез, которые поэт так любил, ему установлен памятник. А к 100-летию со дня рождения поэта появился еще один памятник на Тверском бульваре и открылся музей.

Каждую весну, как только с московских газонов сходит снег, мы наблюдаем одну и ту же печальную картину — вместо зеленых лужаек, радовавших глаз до поздней осени — практически голая земля с редкими одинокими травинками. Но буквально через несколько дней появляются рабочие с мешками семян — и уже к майским праздникам в городе снова появляются зеленые островки.

С чем это связано? Почему газоны в Москве практически не перезимовывают? Неужели их засевают однолетними травами? Нет, на самом деле ситуация куда сложнее.

Уже много лет в столице для массового озеленения используется специальная смесь, обычно носящая название «городская». Ее, с небольшими вариациями состава, поставляют 4−5 фирм, полностью контролирующих рынок сеяных газонов в Москве. Классический состав такой смеси — это многолетние быстрорастущие злаки: тимофеевка, ежа, овсяница луговая, райграс пастбищный. Все эти культуры являются «родными» для наших широт и, следовательно, должны хорошо перезимовывать.

Только нельзя забывать, что растение — это живой организм, и для полноценного развития ему необходимы хорошее питание и уход. А городские почвы сами по себе крайне бедны питательными веществами. Чтобы злаки хорошо «ушли в зиму» и не вымерзли, в городе обязательно нужно проводить подкормку газонов осенними удобрениями. Также обязательно припосевное внесение удобрений и летняя подкормка, нельзя забывать и про полив. После стрижки газоны необходимо обрабатывать антистрессовыми препаратами. А если принять во внимание, что мегаполис — в принципе неестественная для трав среда и то, что на газоне количество растений на квадратный метр в разы превышает природную норму, несложно представить, какой стресс испытывают газонные злаки.

Но большинство компаний, выполняющих работы по городскому благоустройству, несут ответственность за газон до момента его всходов. Зазеленело — все, объект сдан, и теперь за его эксплуатацию отвечает управляющая компания.

И те, и другие стараются максимально сэкономить на посеве и уходе за газоном. Если припосевные подкормки удобрениями озеленители еще проводят, и то, потому что это обязательно по смете, то дождаться внесения осенних удобрений, качественной стрижки (а не прогона газонокосилкой раз в месяц) и равномерного полива от наших эксплуатационщиков нереально. Этот факт может подтвердить отдел продаж любой фирмы, реализующей сопутствующие товары. Коммунальщики их практически не покупают. Да и в последнее время стараются сэкономить даже на семенах. В ассортименте многих компаний появились травосмеси с названиями: «Строительная», «Подрядчик», «Для сдачи объекта». Как правило, это смеси, состоящие из отбракованных, низкокачественных, замусоренных семян. Взойти-то они взойдут, только дальнейшего нормального развития гарантировать нельзя.

В принципе, финансовые расходы не будут сильно отличаться, как если высеять газон по всем правилам и качественно за ним ухаживать, так и если ежегодно на авось засыпать участки новыми семенами. Только во втором случае компании-озеленители каждую весну получают от города новые деньги на озеленение, а компании-эксплуатационщики и вовсе сводят свои расходы на содержание газонов к нулю, а гибель трав списывают исключительно на суровость климата. И каждую весну тонны качественных семян вместо того, чтобы попасть на сенокосы и пастбища (да-да, и в газонах, и на сенокосах используются одни и те же сорта семян, а требования к качеству трав в городе приравнены к сельскохозяйственным), оказываются на московских газонах, тихо чахнут там все лето и умирают зимой.

В последние два года ситуация усугубилась сильным неурожаем злаков и тем, что основной поставщик московских производителей травосмесей — Беларусь, приняла новую программу по залужению пастбищ и резко сократила поставки. Теперь под маркой «Городская смесь» некоторые фирмы продают откровенную некондицию, а отдельные компании и вовсе прекратили поставлять травосмеси.

Закупкой более дорогих импортных смесей дела не поправишь — уход за ними нужен не меньший, а расходы на семена возрастают на 150−200%. Кажется, хорошим выходом из положения послужат рулонные газоны — ведь дерн, который стелют, уже пережил одну зиму на производственном поле, трава развила достаточно мощную корневую систему и будет более устойчивой. Но стоимость 1 квадратного метра рулона в 11−12 раз превышает стоимость сеяного газона, и пока это — удел небольших частных компаний, работающих с «элитными» объектами. Да и к тому же не хватит производственных мощностей поставщиков рулонных газонов, чтобы озеленить всю Москву.

А учитывая то, что мэрия в 2013 году оптимизировала (фактически — сократила) расходы на городское озеленение, то недорогие сеяные газоны остаются единственным вариантом закупки. Но только если переломить сознание тех людей, которые руководят посевом и обслуживанием, или в корне изменить их штат, москвичи смогут наслаждаться видом зеленых газонов практически все время, пока в городе нет снега, и будут уверены в том, что бюджетные деньги впустую не рассыпаются по земле в прямом смысле слова.